Более полувека прошло с тех пор, как среди временно доступных сокровищ в одном книжном шкафу обнаружила роман «Мученики пера»Read more... )
Читаю Mobile, study for a representation of the United States by Michel Butor,
перевод с фрацузского Ричарда Говарда,

 (спасибо, Гали-Дана! сама  вряд ли б набрела на него,
На Зебальда Mobile совсем не показался похож, наверное Passing Time - другое...)

Представьте себе игру с google earth или другой подвижной картой, земля скользит, повинуясь мышке, переключаешь в режим карты - вот он, Салем... позвольте, не тот, это - Салем, Нью Гемпшир, не Салем, Массачусетс.
Проведя за этим занятием достаточно времени, перемежая его с отгугливанием разного рода, например  исторических справок о мелькнувших на картах городах, рассматривая фотографии, читая подвернувшиеся попутно тексты, оказавшиеся рядом при поиске оттого, что в них общий топоним, и сохраняя выборочно результаты таких поисков, возможно, получишь файл, который будет на первый взгляд похож на несколько страниц из Mobile. Но книга была написана, когда гугла не было ещё и помине, перевод, . который я читаю, издан в 1963 году.

Автор сравнивает текст Mobile с лоскутным одеялом...Read more... )
 Читаю Аустерлица русский перевод. В главе о Бармуте (перевод Кореневой, стр.115 изд. Азбука-классика 2006)Read more... )
Кэролин Кук

Сладкоежка


Конечно же, она была не в духе.
Пока жаркое готовилось в духовке, она полировала дедушкины старые часы тонкой металлической проволокой и натирала их воском, чистила воротники мужниных рубашек и утюжила их для Ladies' Aid..Затем она поднялась на верхушку холма, где была квартира отца, с тарелкой жаркого, завёрнутой в фольгу.Read more... )иRead more... )
Новая Англия и в особенности Бостон, воображённые по прочитанному   и увиденные наяву,  непросто соединить в одно, хотя сначала было множество "узнаваний"... а потом столь же нелегко выудить из довоображённого увиденного то, что не непосредственно было почувствовано, а вычитано.Read more... )***
следующий пост - текст целиком
gsm40.livejournal.com/55094.html
“...Если портрет остаётся в обладании потомков портретируемого, время от времени кто-нибудь да спросит о том, чей это портрет; но по прошествии нескольких поколений такого рода интерес пропадает и картина сохраняет ценность только как свидетельство искусства художника. Имея дело с фотографией, однако, мы сталкиваемся с новым и странным явлением
/>так, в фотографии Хилла («жена рыбака») остаётся нечто проникающее гораздо глубже искусства фотографа, нечто такое, что нельзя заглушить, что наполняет вас непреодолимым желанием узнать её имя – имя женщины, которая была тогда живой, которая и теперь реальна и никогда не согласится быть полностью поглощённой «искусством»...

..погрузившись надолго в созерцание  фотографии, начинаешь сознавать, до какой степени могут противоположности оказаться соприкасающимися: самая точная технология способна произвести на свет нечто обладающее такими магическими свойствами, каких живопись  нам уже никогда не сможет явить.
Вне зависимости от искусства фотографа, зритель испытывает сильнейший позыв тщательно обследовать  картину, чтобы найти хотя бы крохотный отблеск  случайности, посредством которой реальность «просочилась»* сквозь изображение, обнаружив потаённое место, где в конкретном бытии ** той давно прошедшей минуты будущее гнездится и посейчас, Read more... )
"Сила его таланта обращена была на самого себя в меньшей степени, чем у любого другого художника, его объектом был "Сезанн-ставший-ландшафтом"... Сезанн решительно обрубал связь с воображением; непосредственность и мощь его эмоций, сила его любви к видимому миру подчинялись грандиозной, но отточенной как острие бритвы логике. Его творчество - самое прямое признание бесконечной цельности видимого мира, дань ему. Он не искал для своих полотен настроения, они не были эхом; со всем напряжением чувств и ума он пытался раскрыть, воссоздать самую сущность видимой структуры. Он отворачивался от случайной музыки вещей.
При этом живопись его нельзя назвать концептуальной, философствует он путём углубления в видимое, усложненяя. Наблюдаемая правда - света, пространства, цвета, тона и массы во всех мельчайших деталях их видимого проявления, не менее чем обобщения, становятся материалом его построений. "Инаковость" внешнего мира утверждается, а не умаляется организующим умом художника.
Его искусство нуждалось в постоянном наблюдении, в его полотнах - настойчивое отстранение от предварительного замысла, неослабевающая мысль, бдительность в каждом дюйме поверхности картины...
Так человек дышит свежим утром.. и если когда-нибудь свобода располагать своим временем станет доступна всем, то, возможно, эра крайней вульгарности уступит место более живому применению ума и сердца, и тогда произведения искусства, эпитомы всех созерцаний..., будут ценимы и поняты более, чем теперь....
Несмотря на через всю его жизнь пронесённое восхищение искусством Делакруа и пренебрежение к Энгру, работы Сезанна предстают перед нами как одно из достижений именно классического искусства, по крайней мере в некотором, причём в самом динамическом из всех возможных смысле, и мировой классики. В конечном счёте в этом отношении Сезанн и Ван Гог оказываются на противоположных полюсах...
И как же классик, который истово настаивает на "инаковости" внешнего мира, ведёт себя в моменты открытости ему, на прогулке? Вот что пишет Гаске (Gasquet):
"Первые бледные листочки трогали его несказанно. Ничто не оставляло его равнодушным. Он останавливался, чтобы разглядеть белую дорогу, облачко, плывущее над головой. Набрав пригоршню влажной земли, он крепко стискивал её, чтоб ощутить ближе и сильнее.. он пил воду из ручья"....
Его абстракции и даже искажения опирались изначально и непрерывно на эмоциональное, но медленное, до боли медленное вникание, рассмотрение чисто наружного qua чисто наружное.
Внезапное или концептуальное постижение наружного было чуждо ему. Воллар, говоря о 115 сеансах, которые он дал Сезанну для оставшегося незаконченным портрета, вспоминает, что необычно большую долю времени у Сезанна занимало вглядывание в модель..
Он отвергал в живописи поверхности сплошного цвета, и у мастеров прошлого, и у Гогена, который некоторое время считал себя учеником Сезанна. По словам Бернара, Сезанн отзывался очень резко о Гогене и находил его влияние губительным. Когда Бернар, пытаясь смягчить Сезанна, заметил, что Гоген чрезвычайно высоко ценит его и нередко ему подражает, Сезанн ответил недовольно: "Он никогда не понимал меня"..
Если вспомнить раннего Сезанна и всё, через что прошёл он с тех пор, можно понять его отвращение от Гогена и от того, как постимпрессионисты использовали его достижения..."

Adrian Stokes, "Inside out"

(Перевела очень плохо, неточно, надёргала, опустив много важного.. Надеюсь сделать это когда-нибудь добросовестнее и опрятнее, но вряд ли это случится скоро.)

.

Поль Целан


 В открытом море

Париж, кораблик, в стакане бросил якорь:
Так, с тобою за столом за тебя вино я пью.
Я пью, пока сердце моё для тебя не стемнеет,
пока Париж не поплывёт по своим слезам,
пока не возьмёт курс на дальнюю завесу,
скрывающую от нас мир, где каждое Ты - это ветвь,
на которой безмолвно повис я, как лист на ветру.

Перевод Лилит Жданко-Френкель






Париж-кораблик в рюмке стал на якорь.
Я пью с тобой и за тебя так долго,
что почернело сердце, и Париж
плывет на собственной слезе – так долго,
что нас укрыли дальние туманы
от мира, где любое "Ты" – как ветка,
а я на ней качаюсь, словно лист.

 
Перевод Владимира Леванского


С полгода назад читала в сети  (почти уверена, что в ЖЖ)  что-то о переводах Л. Жданко-Френкель из Целана, её упрекали в неточностях, сравнения с другими переводчиками делались не в её пользу, прежде всего с Ольгой Седаковой. Теперь не могла, сколько ни пыталась, разыскать тот текст.
Если бы первым прочла перевод Леванского, он определённо понравился бы мне.  Но после Жданко-Френкель не могу его читать,  с первой строчки  острое ощущение потери: ритм  у Жданко-Френкель захватывает немедленно, как перебой в ударах сердца; раз услышав, отказываешься с ним расстаться; и не меняя курса, не утоляя жажды, плывёшь  к дальней завесе. Разные стихотворения - эти два перевода.
Немецкого не знаю совсем. Разыскала было английский перевод, но это только запутывает, не приближает к ответу: какое из этих двух стихотворений ближе к настоящему Целану?
Ничего не стоит разыскать кого-нибудь, кто знает немецкий и скажет хотя бы, в каком из переводов ритм вернее, то есть ближе к оригиналу. Но мне хочется найти читателя, столь же неравнодушного к этому стихотворению, как я, чтоб он ответил.
Я новичок в ЖЖ. Не знаю, имеет ли смысл  "бросать" сюда вопросы, таким вот образом обозначив адресата - и всё?
Не знаю, посмотрим.



Profile

gsm40

June 2013

S M T W T F S
      1
23 45678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 26th, 2017 06:35 am
Powered by Dreamwidth Studios